9 ноября 1931 года по заснеженной горной тропе, неподалеку от древнего селения Бозгир, известное на Памире с незапамятных времен двигался небольшой отряд самообороны, так называемых «краснопалочников», который возглавлял участковый милиционер Шохрух Сабиджаев.
Памирский бирюзовый саркофаг
Большие мохнатые яки позволяли передвигаться отряду достаточно резво. Вдруг впереди дорогу перегородил большой камень овальной формы, странного голубого цвета, похожего на благородную бирюзу. Это было настолько необычно, что отряд остановился как вкопанный. Яки, как представители высокогорной фауны могли обойти преграду, но это было связано с риском потери и редких верховых быков и главное, людей.
Командир отряда подошел к удивительному камню поближе и застыл от изумления. Камень внутри был полым и ослепительно золотистым внутри и накрыт прозрачной крышкой. В полости камня лежал человек в очень необычной шелковой одежде напоминающей военную форму с большим количеством золотого шитья. Он был гладко выбрит, цвет лица был розовым, как будто человек только что прошел банные процедуры в хаммаме эмира Бухары. Человек был явно европейского вида. Он находился в состоянии сна, и казалось, совсем не мерз, в своей легкой одежде при температуре опустившийся ниже 30 градусов.
Это было очень необычно, а Сабиджаев знал, что в Памире работает особая группа ОГПУ из Москвы, которая собирает все необычные и таинственные факты, происходившие в горах за последние несколько сотен лет. А тут явно была загадка и тайна. Оказалась овальное каменное ложе вместе с человеком внутри практически ничего не весило. Его мог поднять даже мальчик подросток, поэтому таджикский милиционер очень логично решил, что если он доставить странный предмет, вместе с человеком в распоряжении специалистов Особой Памирской экспедиции ОГПУ, то его ждет минимум награда, а может и повышение.
Как показало будущее, Шохрух Сабиджаев был прав, за инициативу он получил на петлицы синий кубик и был направлен в мае 1932 года на учебу в Ташкент, но пропал по дороге. Его отряд оказался пособниками басмачей и был в мае 1932 года арестован. Все десять человек признались в сотрудничестве с Ага-ханом и отправлены на одну из строек социализма, их дальнейшая судьба неизвестна.
Летчик ОГПУ и фантастические рассказы
Уже с 14 ноября с удивительным «саркофагом» и человеком внутри работали специалисты ОГПУ. Ложе и одежда были отправлены в Москву для изучения. Человек продолжал находиться в состоянии глубокого сна, и было непонятно, что с ним дальше делать. Но 17 ноября 1931 года найденный человек очнулся и заговорил. Руководство Памирской мисси ОГПУ было в шоке, оказалось, что бритый загорелый человек с развитой мускулатурой оказался летчиком Тимофеем Головачом, пропавшим среди гор Памира. Несмотря на то, что Головач был худощавого телосложения, в крепком бритом человеке его можно было опознать.
Но приключившаяся с ним метаморфоза включала не только внешний вид. Он ничего не мог сказать о том, где он пропадал, куда подевался второй член экипажа. И вообще казалось, что на русском языке он говорит с большим трудом, словно вспоминая язык. Тимофей Головач постоянно вставляет в свою речь слова и целые предложения. Никто из присутствующих на беседах с бывшим летчиком не понимал этого языка, но это не был древнегреческий или латынь, которые Головач знал со времен гимназии. Уже позже в Москве филологи определят, что это язык больше всего похож на санскрит или тибетский язык, но им не является. И что, несомненно Головач этим языком владеет в совершенстве.
Необъяснимые странности для секретной экспедиции
Самое непонятное было в том, что летчик никак не мог объяснить, что с ним произошло. При рассказе он постоянно переходил на какие то фантастические повествования о пустотах в горах Памира, о скоростном тоннеле, о черном сфинксе, золотом драконе и гигантской змее, которая умела общаться и читать мысли. В то же время никаких фактов: куда делся самолет, стрелок Фокин и новый экспериментальный прибор для аэрофоторазведки он предоставить не мог. По совету заместителя экспедиции ОГПУ Григория Мороза, который выполнял при экспедиции функции партийного надзора, Тимофея Головача отправляют самолетом в Москву. Причем для этого в Хорог прибывает самый новый самолет советского Союза, имеющийся только в одном экземпляре – «Крылья Советов». При запуске в серию он получит название АНТ-9.
Вместе с этим самолетом прибывают несколько высших чинов ОГПУ начальники особого и восточного отделов и известный советский психиатр Михаил Асатиани, а также Александр Флоренский геолог и археолог, который имел свою теорию развития планеты, которой заинтересовалось ОГПУ. Флоренский и Асатиани были привлеченными экспертами к секретной экспедиции ОГПУ. Мнение ученых было однозначным, Головач психически здоров, но некоторые его воспоминания или навыки блокированы неизвестным способом. Например, он панически избегал любого огнестрельного оружия, даже прикоснуться к нему не мог.
В то же время любое холодное оружие, особенно старше 250 лет вызывало в нём чувство радости и восторга. Он владел несколькими языками, среди них было два неизвестных науке, а также санскрит, коптский, латынь, арабский. Но и.о. начальника восточного отдела ОГПУ товарища Якова Плотницкого просто поразило сообщение, что на Памире вблизи государственной границы могла быть расположена система огромных подземных коммуникаций, которая была способна быть использована против Советского Союза. Головач должен был быть немедленно доставлен на Лубянку и допрошен по всем эпизодам с консультацией экспертов.
Читайте также
3